А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
Акварельные портреты Брюллова - сочинение



Во время путешествия по Испании Брюллов не прекращал заниматься портретом. Его список пополнился новыми образами людей искусства, которых главным образом он писал на чужбине. К галерее ранее созданных портретов: Пасты, Персиани, Рончи ди Бегас и других — в Барселоне прибавились портреты певца Роверы и его жены. Живя за границей, Брюллов часто прибегал к технике акварели, которой на родине уделял сравнительно мало внимания. В акварелях проявилось свойственное ему блистательное мастерство и виртуозность исполнения. На острове Мадейра Брюллов создал ряд акварельных портретов, отмеченных сложностью композиции. Пользуясь формой группового портрета, он вводил в свой замысел сюжетную завязку. Она сообщала изображению характер жанровой сцены.

Жанровость была неотъемлемой стороной большинства акварельных групповых портретов мастера. Поводом для построения жанровой сцены служил обычно мотив прогулки. Среди акварелей, исполненных на Мадейре, особое внимание привлекают «Всадники» (ГТГ) и «Прогулка» (частное собрание). Изображенные в них лица обладают ярко выраженными портретными чертами, что позволяет рассматривать данные композиции как произведения портретного, а не бытового жанра. Групповой портрет четы Мюссар—подлинная жемчужина акварельного искусства Брюллова. Мюссары совершают прогулку в окрестностях города, любуясь красотой южнон природы. Пленительно грациозна Мюссар, изображенная Брюлловым на первом плане композиции. Не случайно на выставке 1851 года групповой портрет Мюссаров носил название — «Амазонка». Непринужденное изящество ее посадки, горделивость поворота головы, сияние широко раскрытых глаз и живость легкой улыбки наполняют образ Мюссар неповторимым очарованием. В изображении четы Мюссаров Брюллов создал сложную композицию конного портрета. Лошади в портрете, как это обычно для художника, благородной породы; с горячим норовом, раздувающимися ноздрями и гневным взором.

Их порывистость, сдерживаемая умелой рукой, противопоставляется спокойствию всадника. Изучение в Ирадо произведений Веласкеса оказало благотворное влияние на композиционное построение конных портретов Брюллова. Не меньший интерес вызывает вторая акварель Брюллова — «Прогулка», художественные качества которой отметил «современник». Подобно «Всадникам», она большего размера, столь характерного для акварельных работ Брюллова последних лет. В акварели изображена группа людей, совершающих прогулку по острову Мадейра. Внимание Брюллова сосредоточено на коляске экзотической формы, запряженной низкорослыми волами, с сидящими в ней двумя дамами и кавалерами. Выделяя людей в коляске, Брюллов как бы подчеркнул их привилегированное положение. Лишь после них взгляд переходит к трем всадникам, сопровождающим коляску. Но не только портреты увлекали Брюллова. Живя в чужой стране, он внимательно приглядывался к ее жизни, укладу, обычаям. Вот почему во время первого пребывания в Италии, затем в Греции и Турции, как и теперь в Испании, большое значение в его творчестве получил бытовой жанр. Акварель «Процессия испанских слепых», известная нам по литографии и старому дагерротипу, являет один из примеров бытового жанра Брюллова. Художник передал в ней испанский народный обычай, наблюденный в Барселоне. По улице, усаженной ветвистыми деревьями, движется, в облачении служителей католической церкви, процессия слепых музыкантов, играющих на скрипках. Воспроизведя шествие слепых музыкантов, сопровождаемых детьми-поводырями, ребячливо исполняющими свои обязанности, Брюллов показал также конную стражу, оберегающую «спокойствие» города. Изображение стражи напоминало о царившей в Испании реакции, возглавляемой министром Наварэсом, уничтожившим кортесы. Народные обычаи Испании столь увлекли Брюллова, что он решил запечатлеть их в другом варианте акварели, о чем сообщал П. Р. Багратиону. Акварель «Ришелье, танцующий перед Анной Австрийской» несомненно продиктована первой исторической хроникой—«Людовик XIV и его век».

Она обрела характер самостоятельной сцены как в силу своих больших размеров, так и по степени завершенности замысла. Брюллов избрал тот момент, когда Ришелье в костюме шута с бубенцами танцует перед Анной Австрийской испанский танец сарабанду. «Это был сам кардинал,— описывал этот эпизод Дюма,— в желаемом королевой костюме: на нем были панталоны и кафтан зеленого бархата, к подвязкам его прикреплены серебряные колокольчики, а в руках он держал кастаньеты. При первых звуках скрипки Бокко принялся выполнять фигуры сарабанды, разводя руками и выкидывая ногами разные штуки». Иллюстрацией к исторической хронике Дюма должна быть признана и акварель «Детская прогулка Людовика XVФ (ГТГ). Авторство Брюллова в данном случае оспаривалось большинством исследователей его творчества, относивших акварель к концу 1890-х годов. Между тем принадлежность ее Брюллову несомненна. Авторство Брюллова подтверждается и указанием Н. А. Рамазанова при описании альбома В. А. Владиславлева. В акварели «Детская прогулка Людовика XV» проявляется свойственное Брюллову ироническое отношение к придворным нравам XVIII века. Характеристика окружения юного короля Франции близка к изображению придворных в иллюстрациях Брюллова к рассказу Сенковского и воспоминаниям Шишкова. Избегая гротеска, он создает предельно выразительные по остроте и правдивости образы вельмож, участвующих в торжественной церемонии выхода юного короля на прогулку. Особенно хороши фигуры герцога Филиппа Орлеанского, регента Франции, и кардинала Флери, воспитателя Людовика XV. Их тучные фигуры и подобострастные улыбки усиливают комизм облика маленького короля, величественно направляющегося к своему детскому экипажу, запряженному пони. Непременные участники многофигурных композиций Брюллова — две борзые — завершают изображенную сценку. Акварель не окончена. Несмотря на это, ее стилистические приемы и техника позволяют говорить о некоторых особенностях мастера конца 1840-х годов. Они сказываются в характере склонившихся фигур вельмож, взятых в смелых ракурсах, в приеме накладывания тона на тон, вызывающего ощущение глубины и бархатистости цвета. Сходство наблюдается также в деталях. Возвышающийся слева высокий тополь напоминает дерево в акварели художника «Свидание в Турции», а трактовка попоны вишневого цвета почти повторяет прием, примененный в передаче фактуры лилового лифа Эмилии Мюссар. Весной 1850 года Брюллов отправился в Италию, где провел последние два года своей жизни. В Риме, где хозяйничали войска французского короля Луи-Филиппа, разгромившего отряды Гарибальди, положение итальянского народа было особенно тяжелым. Оно усугублялось активностью папы Пия IX, охранявшего догмы теократического абсолютизма. Национальное движение в итальянской литературе и искусстве подверглось гонениям.

С новой силой оно вспыхнуло в 1860-х годах, когда укрепились демократы. Глубоко сочувствуя страданиям итальянских патриотов, Брюллов решил написать картину «Политическая демонстрация в Риме в 1846 году». Ее темой послужил один из эпизодов народного движения, относящийся к избранию на папский престол Пия IX. До революции 1848 года имя папы связывалось с разного рода либеральными начинаниями. Весть о даровании им свободы политическим заключенным и роспуске швейцарской гвардии, призванной подавлять народные волнения, вызвала у итальянцев горячее одобрение. Исполнение традиционного религиозного обряда послужило предлогом для выражения политических чаяний передовых людей Италии. Такой смысл придал своему замыслу и русский мастер. Для задуманной картины Брюллов успел сделать три эскиза. Сохраняя достоверность изображения, он избрал местом действия одну из замечательных площадей Рима — Quirinale, с расположенными на ней обелиском с двумя статуями укротителей коней и королевским дворцом. Дворец этот до 1870 года находился во владении пап. С его балкона в положенный день папа обычно совершал обряд благословения. С необыкновенной силой раскрыл Брюллов политический смысл разыгравшейся на площади сцены. Отодвинув дворец с балконом в глубину, он сделал едва приметной маленькую фигуру палы. Главным действующим лицом оказался народ. Ощущение массовости и размаха народного движения вызывается присутствием на площади огромного количества людей. Врезавшиеся в толпу экипажи с привставшими ездоками усиливают впечатление многолюдности. В многоликой толпе видны молодые горожанки, пожилые крестьянки, старцы, юноши и даже дети.

Экспрессивные движения и жесты людей, приветственно машущих белыми платками или вскидывающих в воздух шляпы, придают предельную динамичность сцене. Впечатлению взволнованности демонстрантов содействовал также выбор времени действия. Как указывает надпись на одном из эскизов, торжественная церемония происходила поздно вечером. Автор «Последнего дня Помпеи» хорошо знал силу воздействия эффектов светотени для передачи патетических чувств героев. В Риме Брюллов тесно общался со своими соотечественниками. Русскую колонию в это время составляли Александр Иванов, Ф. Моллер, Антон Иванов, П. Орлов, Г. Михайлов и другие. Брюллов застал еще скульптора П. Ставассера, вскоре умершего, и Ф. Иордана, покинувшего Италию в 1850 году. В последние годы жизни Брюллов продолжал интенсивно работать, говоря: «Когда я не сочиняю и не рисую, я не живу». Его творческий кругозор был широк и разносторонен. Русского мастера влекли бытовые народные сцены, сложные аллегории и портреты современников. В мрачные минуты предчувствия приближающейся смерти Брюлловым были задуманы аллегорические композиции, повествующие о бренности человеческого бытия.


 
Богиня ночи — Диана, стремительно соскочив со своей колесницы, целует бога солнца — Аполлона, несущегося по небесному своду в колеснице. Своей фигурой она заслоняет дневной свет. Влюбленный в жизнь, всегда воспевающий ее красоту и радость, Брюллов не мог долго предаваться мрачным предчувствиям. Напоенная южным солнцем серия сепий У Лаццарони на берегу моря проникнута горячей любовью Брюллова к людям из народа. Она говорит о неиссякаемой жажде жизни. Любовно и проникновенно запечатлел Брюллов полунищих рыбаков, их простые забавы, проявив особую мягкость в изображении ребят. Наброски и этюды для последних работ Брюллова говорят о напряженности и пытливости его творческой мысли. Брюллов никогда не изменял своему творческому методу, усвоенному в ранние годы. Решение портретного замысла он давал в предварительных набросках. Наброски для портретов лишь развивали и дополняли продуманный и найденный ранее образ. Нередко Брюллов набрасывал на одном листе бумаги свои первые мысли на различные темы или делал беглые рисунки на полученных в Риме письмах. Любопытны его рисунки для портретов Титтони на письмах художника Галли. Неуклонно и упорно он шел к созданию целостного образа, обогащая его новыми чертами. Победно торжествующе звучит в последних портретах Брюллова тема человека. Возвышенные образы людей обрели более полнокровную и разностороннюю характеристику. Брюллов чуждался идеализации. Прекрасное он искал в душевных силах, в творческом вдохновении, в осознании человеком своего высокого назначения. Его образы, полные затаенных страстей, всегда экспрессивны. «На обыкновенных портретах,— писали в современной печати,— художник спасает себя или улыбкой, или легким изменением дуги бровей, или сжатием губ». В портретах Брюллова экспрессия лица была выражена не этими внешними приемами, а всем строем мыслей и чувств человека. Обобщая и типизируя, он сохранял индивидуальные, неповторимые черты модели, придавая своим портретам жизненную убедительность и схожесть. «Можно скопировать голову до мельчайших подробностей,— пояснял свою мысль тот же автор,— но если займешься только наружностью, если только рисунок и колорит головы будет передан на полотно, то это будет портрет, подходящий к разряду этюдов». Портреты Брюллова не могли быть названы этюдами. Органически сливалась в них полнота идейного замысла с законченностью исполнения. Писал ли Брюллов ученого преклонных лет или юную девушку, он выявлял в них возвышенные черты характера. Изображая старушку Е. Титтони и семидесятидвухлетнего Ланчи, Брюллов утверждал в их образах не увядание, а торжество жизни. Его портреты повествуют о неиссякаемой жизненной энергии, о преображающей силе человеческой мысли, побеждающей тленную плоть. Таков философский смысл портретов Брюллова последних лет творчества. Не случайно любил он писать портреты писателей, музыкантов, людей искусства. Но возвышенное он часто раскрывал как исключительное, особенное, присущее лишь избранному кругу. Человек изображался погруженным в свой внутренний, замкнутый мир. Гордыми, свободолюбивыми и независимыми изображает Брюллов своих современников итальянцев. В портретах А. Титтони и его братьев (последние написаны акварелью) он передал волевые образы патриотов подневольной, но не покорившейся Италии. Не случайно в облике Анжело Титтони Брюллову чудились черты римского республиканца Брута. Портрет Анжело Титтони, восхищавший Стасова блеском мастерства, дан в характерном для творчества мастера этих лет возвышенно-героическом плане. Мужественная осанка и решительность позы, для которой Брюллов великолепно использовал композиционный прием контрапоста, создают образ человека несгибаемой воли. Брюллов любил и ценил это свое произведение. Отважен и горделив облик брата А. Титтони, впоследствии политического эмигранта, Винченцо, энергичным жестом скрестившего на груди руки. В направленном в упор на зрителя взгляде его темных глаз отражен характер человека целеустремленного, сознающего свое назначение в жизни. Скромность одежды хорошо ассоциируется с простотой и демократичностью его облика. Лишь небрежно повязанный широким бантом шейный платок да узорчатый шарф, опоясывающий стройный стан, вносят известное оживление в сдержанно строгую характеристику молодого итальянца. В решительном повороте фигуры другого брата Титтони — Антонио, в пламенности устремленного вдаль взгляда черных глаз, в выразительности жеста рук, сжимающих ружье, отражены черты человека-борца, отстаивающего свои нрава и независимость гражданина. Суровость дикого пейзажа дополняет характеристику. Подобным же образом дано изображение четвертого брата Титтони Гакварель. Он представлен в нем, как и братья, в охотничьем костюме, с собакой. И даже юная красавица Джульетта, их младшая сестра, изображена Брюлловым в виде молодой патриотки Жанны д'Арк, героически защищавшей свою родину. В ясности и чистоте девических чувств, в благородстве и душевной стойкости ее облика угадываются черты героического характера. Блеск ее металлических лат, уверенность жеста, с каким она придерживает за узду серого коня, заставив его покорно опустить голову, создают впечатляющий образ девушки-воина. Обращение Брюллова к образу Орлеанской девы в условиях пореволюционной Италии, изнемогающей от австрийского ига, получило особый смысл. Несмотря на то, что портрет Джульетты Титтони не был окончен, Брюллов, судя по наброскам, уделил ему много времени. В Риме Брюллов вновь вернулся к портрету А. Н. Демидова, который он начал писать еще в 1831 году. Его уже не удовлетворяло старое композиционное решение. Он сделал для портрета ряд новых набросков, предполагая внести в него существенные изменения. Поиски художника шли в направлении большей строгости и простоты изображения. Однако многолетний труд художника не был завершен. Портрет остался незаконченным. Брюллов умер 23 июня 1852 года в местечке Марчиано, близ Рима, где пользовался местными целебными водами. Смерть настигла художника внезапно, хотя организм его давно был подточен. «В день смерти ему было хорошо, — писал в некрологе, помещенном в журнале «Пантеон», его современник,— он целое утро провел на ногах, гулял, обедал с аппетитом; но вдруг вскоре после обеда, почувствовал сильнейший припадок удушья, и три часа спустя его не стало на свете». По свидетельству того же автора, проживавшего в Риме, «Брюллов тосковал в последнее время по России и с наслаждением мечтал о том времени, когда снова увидит... холодный север». В наспех сбитом деревянном гробе тело Брюллова было привезено из Марчиано в Рим, где было встречено толпой художников, пожелавших на руках нести его на кладбище в Монте-Тестаччо. Великий русский художник был похоронен рядом с сыном поэта Гёте. На его могиле был воздвигнут памятник, сооруженный по поручению Александра Брюллова архитектором Щуруповым. Заключение Портреты Брюллова поздней поры его жизни имеют глубокий моральный и общественный смысл. Он создал прекрасную галерею образов современников, в которых ощущались типические черты эпохи, страны, народа. Полные благородного достоинства, сознания высокого назначения человека, портреты Брюллова были проникнуты глубоким гуманизмом. Эти стороны его творчества позволили Стасову сказать, что Брюллов «умел превращать в исторические картины те портреты, которые ему случилось писать». Русского мастера всегда привлекали в образе человека страстность утверждения своих идеалов, мятежность души. В последних работах черты эти получили ярко выраженную социальную окраску. Гордые духом люди, как и прежде, овеяны мечтой, но их романтическая приподнятость и взволнованность обрели содержание в живой действительности. Изобразительный язык Брюллова стал гармонически ясен и прост. Современная печать справедливо отметила неуклонное стремление Брюллова к правде и безыскусственности. Брюллов стал искать красоту в простоте. Как и у всех великих мастеров, это была сложная простота, преисполненная глубокого жизненного содержания. Внешне сдержанно-скромные люди в его портретах таят огромную силу эмоционального воздействия. Творчество Брюллова, оплодотворенное новыми достижениями, поднялось на более высокую ступень художественного познания. В последних работах Брюллова уже ощущались черты идеалов художников 1860—1880-х годов. Прямой путь лежал от образов Ланчи, Екатерины и Анжело Титтони к портретам Крамского, Репина. Блестящее мастерство способствовало осуществлению новых творческих дерзаний Брюллова.





Ну а если Вы все-таки не нашли своё сочинение, воспользуйтесь поиском
В нашей базе свыше 20 тысяч сочинений

Сохранить сочинение:

Сочинение по вашей теме Акварельные портреты Брюллова. Поищите еще с сайта похожие.

Другие сочинения по современной литературе

Другие сочинения по современной литературе


Сочинение на тему Акварельные портреты Брюллова, Другие сочинения по современной литературе